?

Log in

No account? Create an account


Старые фильмы... Все кончилось уже давным давно. Так к чему были все эти старания, стремления, страдания, надежды? Зачем так много было глупого и смешного, зачем пролито столько слез, столько выплеснуто эмоций, столько пройдено трудных дорог, столько сломано судеб об коленку, если все возвращается к тому, с чего и началось? чтобы понять, что и не было ничего? А может не происходило и то, что осталось за кадром? Уже давно состарились и умерли актеры. Постепенно забываются детали их жизни, хотя те, кто еще что-то помнит, клянутся, что ничего не забудут. Ничего, за очередным поворотом исчезнут и они сами... И те, кто забыл их - сами канут в небытие, восстанавливая абсолютную власть истины бесконечной пустоты... Забвение - вот главный закон жизни.

Нет, не единство и борьба противоположностей, не стремление к счастью или смерти и не классовая борьба. Только забвение всего и вся - вот апофеоз и знаменатель жизни, в этом свидетельство ее силы и оправдание ее нелепости. Бывают события несравненно более глобальные, оказавшие колоссальное воздействие на жизнь миллионов людей, но им просто отмерен другой срок. Все исчезнет в безграничной пустыне времени и пространства, ведь каждый феномен является отрицанием самого себя. Все реки возвратятся к своему истоку, чтобы исчезнуть все в том же вечном песке...  


Макар Синицын сидит на подоконнике, слушая тоскливые звуки: тихо гудит белоснежный новенький холодильник. Вдруг раздается щелчок, и гудение смолкает.

Синицын смотрит в окно. Солнце садится, от домов протянулись длинные тени. Ветер гонит по тротуару желтые листья. Гоша Шурубура носится на велосипеде. Вот он заметил Синицына и подъехал к окну.

"Когда планер сделаешь?" - заорал он.

Макар сделал вид, что не слышит, и начал гладить сидевшего рядом кота Барсика. Кот заурчал от удовольствия и повалился набок.

Шурубура укатил, не дождавшись ответа.

В холодильнике опять щелкнуло и загудело. Синицыну вдруг показалось, что где-то там, внутри, сидит маленький-маленький человечек, одетый в теплую шубку, собачьи унты и меховую шапку с длинными ушами.


...Держа в одной руке раскрытую книгу, он поправил подушку и прилег поудобнее. Время от времени он любил брать в руки и перелистывать эту старую книжку, читанную еще в детстве. Приятно возвращаться в прошлое, ловя те далекие ассоциации, которыми наполнено было чтение тогда. Такая сладкая тоска от того, что все прошло и это неизбежно.

Земля, родная Земля, уходила вниз, за корму космического корабля, уносившего Макара и его друзей навстречу неведомым приключениям. И неведомым планетам.

"А вдруг назад мы уже не вернемся? - пронеслось в голове у Макара. - наша Земля... мама... школа...

Он хотел вскочить, но невероятная сила прижала его к креслу, вдавила в сиденье. Перед глазами замельтешили красные мухи.

Потом в иллюминаторы хлынул яркий свет, и наступила тишина.


Как все-таки многое изменилось с тех пор... Как поблекли или приобрели другой вкус и цвет ходячие идеи... Нет людей, которые окружали его, когда он читал впервые эту книгу. Исчезла атмосфера, которой он дышал, быстро продвигаясь от начала к развязке повествования. Все куда-то катится, как мяч под гору. И самое главное, никто не знает толком - куда. Еще один кувырок и вот создается что-то новое из того же всё старого тряпья, но никто не знает, как будет выглядеть перелицованная ветошь. Срываются одни маски, а под ними еще и еще. Утомительная череда событий, так похожих на старые, но выглядящих по новому...

Со двора раздался резкий нетерпеливый сигнал подъехавшей машины. Неутомимая и неумолимая Ольга ищет компанию, чтобы ехать на озеро. Опять, наверно, тащит с собой свою радостную псину, дабы она (псина) могла порезвиться на просторе. Отказаться? Тогда нужен веский мотив, а его нет - выходной, погода прекрасная и вчера ведь обещал. Обещал, правда, под воздействием одного славного напитка, дозу которого он опрометчиво превысил, но женщины на такие нюансы обычно не обращают внимания. Он свесил одну ногу, и стал водить носком по полу, ища тапки...

Кстати, были у него еще любимые книжки о приключениях Муми-тролля и его друзей, особенно "Муми-тролль и комета" надо будет найти. Где-то на даче, кажется были какие-то книги... Здесь нет - это точно.

Он говорил с Ольгой по телефону и заваривал себе кофе, выпуская из свободного ровного потока ее речи целые пассажи. Словно западал и снова возвращался звук. В тишину этих пауз врывались строки из "Муми-тролля и кометы", откуда он когда-то знал наизусть целые страницы. Была еще "Шляпа волшебника" и другие повести Туве Янссон, но именно от сказочного Апокалипсиса, связанного с приближением кометы к Земле, всегда захватывало дух...

Грот был большой, как раз такой, каким и полагается быть гроту...

Снифф зарыл лапы в песок и вздохнул от счастья. "Поселиться бы здесь на всю жизнь, - подумал он. - Поставить маленькие полки, выкопать в песке место для спанья, а по вечерам зажигать свечу. И еще, может, сделать веревочную лестницу, чтобы забираться на крышу и любоваться морем. То-то удивится Муми-тролль...


Ты понимаешь, ее ничем не прошибешь... - вещал телефон Ольгиным голосом, - я уж и так и этак к ней, чтобы поняла хоть что-то - ни-и, бесполезно. И самое главное - очень любит пожрать. Ты не представляешь, сколько же она ест. И не толстеет. Вот ведь прорва, кидает как в топку... Алло... Ты меня слушаешь?..

Он промычал утвердительно...

Им трижды встречались Хатифнатты, крохотные существа, которые в тоске и тревоге вечно странствуют по земле, нигде не находя себе места. Они проплывали мимо Муми-тролля и Сниффа в своих маленьких легких лодках или перебирались вброд через реку.

Но с Хатифнаттами нельзя было даже обменяться приветствием. Они ничего не слышали, никогда не разговаривали, их бесцветные глаза были всегда устремлены куда-то вдаль. А сейчас они были еще беспокойнее и передвигались целыми толпами, маленькие, белые, безлицые.


Он снова сочувственно промычал в трубку телефона, который потребовал живого участия.

День седьмого октября был очень тихий и жаркий. Муми-тролль широко зевнул и вдруг громко захлопнул пасть. Глаза у него сделались совсем круглые и пустые.
- Сегодня, - сказал он.
- Комета, - прошептал Снифф.
Казалось она заполнила собой все небо и сверкала так ярко, что на нее было боязно взглянуть. Озаренный ее дрожащим светом, лес стоял затаив дыхание и ждал.


- А Жучок то все добивается расположения... Что скажешь?
- Ну да, - машинально откликнулся он. - конечно. Ты правильно мыслишь. Будешь боевой подругой зама зава, зава зама зава... Эта высокая должность дивиденды приносит слабому полу...
- Издеваешься?
- Издеваюсь.
- Ты - копуша. Сколько можно собираться. Нас уже ждут Настя с Егором ...
- А нас Настя, Настя нас... Не отвлекай разговорами...

А потом была дорога, жара, кусты на берегу, внимательно изученные и помеченные Ольгиным ирландским сеттером, молчаливая Настя в символическом купальнике, смутное недоверие к качеству шашлыка (не подтвержденное), прозрачные и прохладные воды озера. И ледяное дыхание невидимой Морры из "Шляпы волшебника" по водной ряби в сверкании солнечных бликов...

...Первый снег пал на Муми-дол хмурым утром. Он подкрался густой и безмолвный и за несколько часов выбелил всю долину.

#Мумитролль стоял на крыльце, смотрел, как зима пеленает землю в свой белый саван, и думал спокойно: "Вечером мы погрузимся в спячку". Ведь все муми-тролли делают так в ноябре (и, по правде сказать, это очень разумно, если кто не любит холода и темноты)...

Муми-семейство, все его друзья и знакомые готовились к долгой зимней спячке спячке серьезно и обстоятельно. Муми-мама накрыла стол на веранде, но в чашке у каждого были лишь хвойные иголки. (Совершенно необходимо, чтобы желудок был набит хвойными иголками, если предстоит проспать целых три месяца подряд.)...

...Как то весенним утром, часа в четыре, над Муми-долом пролетела первая кукушка. Она уселась на синюю крышу муми-дома и прокуковала восемь раз с легкой хрипотцой, понятно, потому что весна была еще в самом начале.

Ну, а потом кукушка полетела дальше на восток.


Муми-тролль проснулся и долго лежал, уставясь в потолок и соображая где он. Он проспал сто ночей и сто дней подряд, он был еще овеян сновидениями и не хотел расставаться со сном... ему снился странный человеческий мир. Он учится в четвертом классе, а потом путешествует в холодном космосе со своими друзьями. Он снова переживал в уме эти прямо жуткие приключения. Этот мир был похож чем-то на его мир, полный доброты, совершенно естественной доброты - если разобраться, иначе зачем вообще всё... Это так же просто, как то, что блины должны быть горячими. А еще ему снилось, что он работает в какой-то то ли конторе, то ли магазине, мечтает пригласить поездку к морю Настю, подругу детства и любит имбирное пиво. Еще там были такие странные бессмысленные вещи как политика и экономика, наверно, чтобы оправдать чью-то тягу к нехорошим поступкам и жажду... то есть "меньше работать и больше жрать". Откуда вдруг возникло это выражение? Ах, да, комната, исполняющая желания... Любое событие постепенно вырастало в неразрешимую проблему, там никогда не было настоящего, ничем не нарушаемого счастья, если только человек не пьян (не важно - от жгучих эмоций или от вина). Но воспоминания становились все более мутными, потом прозрачными и наконец растаяли в весеннем чистом воздухе...

А когда Муми-тролль сидел на перилах моста со Снусмумриком, длинный сон уже был на уровне смутно осознаваемого цветочного запаха, когда даже не знаешь есть ли он вообще, или это просто глюк...

Солнце только что поднялось над верхушками деревьев и светило им прямо в лицо. А они жмурились от его лучей, болтали ногами над бегущей сверкающей водой, и не сердце у них было привольно и беззаботно. А того исчезнувшего человеческого мира было совсем не жаль...



(В рассказе использованы выдержки из книг "Муми-тролль и комета", "Шляпа волшебника" Туве Янссон и "Утро вечера мудреннее" Евгения Наумова)

Сон



Как давно известно, спать на работе - большой грех. Но если бывает невмоготу и засыпаешь буквально на ногах, то приходиться идти навстречу несчастному организму. Ведь он все равно выждет время и возьмет свое, отыграет, припомнит причиненный ущерб тогда, когда не ожидаешь, долбанет по затылку так, что мало не покажется.

Во время учебы, помню, были у нас такие студенты, которые умели спать на лекции с открытыми глазами, но это редкое искусство. Я так не могу, поэтому приходиться спать "вполглаза". То есть глаза, конечно, закрыты, но напряжение, ушедшее в глубину, шарит таинственными рецепторами по темному пространству в поисках звуков голосов, шагов и прочих свидетельств приближения врагов и того момента, когда надо открыть глаза и сделать задумчивый вид.

Таким образом, сон, когда в любой момент может открыться дверь и на пороге появиться начальник - очень специфичен. Ты как бы спишь, но постоянная готовность честно встретить внимательный взор начальника, придает сну такой ясный какой-то подтекст - вроде ты не спишь и спишь одновременно.

В общем дремал я как-то на работе. Поскольку готовность открыть глаза не давала полностью провалиться в блаженное состояние покоя, я все слышал и даже начинали проявляться какие-то такие способности, (или это только казалось) которыми обладают слепые от рождения, способности, находящиеся у нормального человека в латентном состоянии и проявляющиеся в минуты опасности, крайней тревоги или общего стресса.

Но в какой-то момент все вдруг ушло и погасло. Может не сразу, а может и в один миг. И я увидел другую жизнь. Свою собственную жизнь, но совсем, совсем другую. Меня зовут иначе. Я иначе выгляжу. Иначе отношусь к окружающим, у меня другие планы, предпочтения и взгляды. Другие родители, другие друзья, знакомые, родственники, жена и дети. Вокруг и в памяти совсем иные лица. И все это обрастало подробностями, воспоминаниями, появлявшимися как из кружевного рукава сказочной царевны. По закону ассоциаций, как и в обычной жизни, стоило подумать о каком-то конкретном деле, как эта мысль тащила за собой целый хоровод попутных событий. А эти события были продолжением того, что случилось прежде, и так без конца можно было уходить в темную даль нового прошлого. Все по настоящему жило, тревожило, радовало и успокаивало. Все взаимодействовало между собой и выстраивалось в единый образ, от которого тянулись во все стороны языки живого пламени и его теплый свет. Этот свет охватывал все более и более дальние рубежи новой реальности, которая совсем не казалась новой. Этот свет совершенно затмил прежнюю жизнь, где бродил и рычал глупый начальник и в офисных джунглях рыскали недруги, не дающие спать уставшему человеку. Прежняя жизнь перестала существовать, превратилась в ничто...

Я очнулся от этого наваждения или сна внезапно, как впрочем и должно быть. Оказалось, новая сотрудница, сидевшая в нескольких метрах от меня, бросила удивленный взгляд на беспечно развалившегося не по рангу сослуживца. Значит все-таки я почувствовал этот взгляд, значит не зря я на работе развивал в себе звериную способность быстро реагировать на тонкие раздражители и мгновенно просыпаться.  Вот только подумал я об этом уже  минут через двадцать.

А сначала я даже не понял, где я нахожусь и что со мной. Как будто мне пришлось вспоминать эту "реальную" жизнь как навязанную мне кем-то, в которой я должен участвовать. Пришлось восстанавливать по косвенным признакам ее суровую действительность. Сон не хотел меня отпускать. Но понемногу, под давлением оживающей картинки нашего офиса, все, что я ощущал только что, стало исчезать. Самое главное - стали исчезать детали, которые придавали сну живость, вес и реальную значимость. Все меркло и уходило безвозвратно. Застряло в памяти только то, что это действительно было, то есть самоочевидность прошедших событий. И этого не забыть никогда. У всех нас есть яркие реальные сны, о которых мы не можем забыть долгие годы...

Те, кому не нравится их работа, часто смотрят на часы. Я - тоже. На этот странный сон (в кавычках или без) ушло всего шесть минут! Вся огромная жизнь со своим прошлым и будущим, уместилась в шесть минут времени. Артур Шопенгауэр считал жизнь и сновидения страницами одной и той же книги... И я все думаю: а возможно ли было там остаться, там, в этом сне, альтернативной реальности?..

http://cult-obzor.ru

Когда-то для древнего человека взаимодействие с окружающей средой не представляло собой проблему. Эта среда беспрепятственно струилась сквозь него, жила в нем, он и сам был этой средой. Как такового не было жесткого противостояния, того, что называется дихотомией субъект - объект, и поэтому не было напряжения и постоянного внутреннего конфликта. Впечатления от узнавания окружающих реалий, учеба и развитие, тяготы добывания пищи, ссоры и выяснения отношений, страх и радость - все плыло по поверхности, как масло по глади воды, а глубина была заполнена "здесь" и "там", "внутри" и "снаружи" одним и тем же волшебным светоносным веществом. Все события ощущались как музыка вдали, которая одновременно слышится и не слышится. То, что современным цивилизованным подвидом человека понимается как неразвитость и дикость, было тем не менее очень естественным, спонтанным и потому экологичным. Единый поток существования ничто не нарушало и не прерывало.

Но едва только человек отделился от природы и стал действительно осознавать собственное существование, едва в нем возникло это удивительное ощущение "я есть" - как появилось и желание снова раствориться в природе, в окружающем мире. Хотя бы не полностью. Хотя бы ненадолго. Так с тех пор мы и балансируем между "я есть" и этим блаженным растворением, иногда неполным, иногда тотальным. Но никогда это растворение не бывает необратимым, а если это все-же происходит, то такой человек уже не способен жить в современном обществе и становится маргиналом.

Одновременно с рождением из лона природы (такой своеобразный вид выкидыша) человек ощутил и страстную потребность вернуться обратно. Но это было уже невозможно без посторонней помощи и внешних средств. Поэтому человек стал экспериментировать, опираясь на интуицию и жажду, которую можно назвать духовной, поскольку во всяком духовном стремлении главным является стремление к миру с самим собой и гармонии с окружающим пространством. Так в распоряжении человека появился и оформился целый арсенал вспомогательных средств, которые подходили для этой цели. Так родилась и окрепла наркотическая зависимость человека от всякого рода стимуляторов и "улучшателей настроения".



http://iratta.com
Обряд братания: два скифа пьют из одного ритона. Золотая бляха. Курган Куль-Оба. IV в. до н. э.

Например иранские племена, среди которых были и знаменитые скифы, издавна использовали в ритуалах коноплю. Греческий историк Геродот, имеющий в современном научном мире репутацию отца истории, этнографии и географии, пишет, что скифы

"ставят три шеста, наклоненные один к другому, натягивают на них шерстяные войлоки и как можно плотнее стягивают их между собой, затем бросают раскаленные докрасна камни в сосуд, стоящий между этими шестами и войлоками. В их земле растет конопля - растение, весьма похожее не лен, но гораздо толще и выше его; она там растет и в диком состоянии и засевается... Скифы берут семена конопли, подлезают под войлоки и там бросают семена на раскаленные камни; от этих семян поднимается такой дым и пар, что никакая эллинская баня не превзойдет этой. Скифы наслаждаются ею и громко воют..."

Не смотря на то, что у своих потомков, греческих историков, особенно у Плутарха, Геродот выступает как "предатель" греческого дела, сочувствующий "варварам", он не особенно вникал здесь в суть происходящего. То, что было принято им за "вой", было несомненно частью какого-то определенного ритуала, радения.

И еще он пишет о жителях запада Средней Азии: "Нашли деревья, приносящие такие плоды, которые они, собравшись группами в одном месте, разжегши костер и усевшись вокруг него, бросают в огонь; вдыхая запах брошенных в огонь и горящих плодов, они пьянеют от этого так же, как эллины от вина, пьянеют все сильнее и сильнее, по мере того как бросают все больше плодов, и наконец пускаются в пляску и начинают петь".

В отличие от городской культуры Древней Греции и особенно Рима в традиционном родовом обществе, где города все еще представляли собой поселения сельского типа, наркотические и опьяняющие вещества использовали только в ритуальных целях. Все совершалось в строгом соответствии с предписаниями определенного ритуального действия, которое могло иметь самые разные цели: общение с предками, приобщение к Богам, контакты с различными духами и т. д. Цели всегда были четкими и конкретными. Дозы, частота, определенные состояния, степени и ступени опьянения никогда не принимали стихийного характера и были под строгим контролем жреца или шамана. Главенство закона или специального канона в употреблении веществ, вызывающих изменения в психике, было непререкаемым.

В более южных районах древней Евразии жрецы были более "демократичны"; и чаще давали народу приобщиться сакрального знания в виде питья или вдыхаемого дыма. Например, в бескрайних степях, жрец наливал в углубления, выдолбленные в каменной плите, травяные настои, приготовленные определенным способом, а также насыпал зерна злаков, лил кровь жертвенных животных, разводил священный огонь. Он приносил сому (у индоариев) или хаому (у иранцев) в жертву Богам. Для этой цели использовали и ритуальные сосуды. Сома (хаома) и сама по себе была Богом, ей поклонялись. А каменные и деревянные личины Богов и героических предков с грубых барельефов и рисунков благосклонно взирали на свой народ...

Северные шаманы же, которые в основном использовали мухоморы, тайну безопасного употребления их хранили от непосвященных. Но зато они умели так работать с "паствой", что народ балдел и без непосредственного применения. Состояния шамана передавались людям в основном с помощью ритмической мелодии бубна, позже варгана и заклинаний, оказывающих сильное воздействие на психику. Ритмические удары бубна вступали в резонанс с колебаниями головного мозга слушателей, управляя его альфа-, бета-, тета-, гамма-, дельта-ритмами, что-то тормозя, а что-то наоборот стимулируя. В результате сакральный смысл заклинаний доходил до слушателей напрямую, минуя ментальные оценочные суждения. Впрочем сам мантрический ритм заклинаний, определенные звуковые формулы и на юге и на севере одинаково сильно воздействовали на психику "слушателей" и самих "исполнителей".

Хотя в современном обществе потребление наркотических веществ (от обычного чая до марихуаны) давно имеет стихийный хаотичный характер, хотя давно утрачены все знания как, когда, сколько и для чего, а современный цивилизованный индивид ведет себя как оголодавшая свинья, дорвавшаяся, наконец, до лохани с кормом, - все равно нас роднит с нашими предками то, что всем нам хочется войти в то утраченное когда-то единство с природой. Единство, возможное с некоторых пор только в измененных состояниях сознания.



И эти состояния всегда сопровождали человека. Они стали естественны, так же сон, еда и продолжение рода. И главная причина почему - на самом деле раскрывает тайну истинно духовных и даже эстетических устремлений человека. Человеку элементарно плохо в этом мире, куда он неосмотрительно вылез со своим "я". Он всегда хотел "забыться". Желанная же степень "забытья" всегда зависела от степени тоски. Если тоска настолько сильна, что прямо рвет душу, то легким кайфом, вызывающим приятную чесотку в мозжечке, явно не обойдешься.


Кадр из фильма "Самогонщики" СССР (1961)

Можно без преувеличения сказать, что каждый из нас обязательно на определенном этапе своей жизни подсаживается на какой-нибудь наркотик, более слабый или более сильный. Счастливы в этом смысле спортсмены, которые от определенной физической нагрузки испытывают ощущения, схожие с наркотическим трансом. Счастливы женщины в супермаркете, забывающие себя, те из них, кто постоянно думает о своем ребенке (портя ему жизнь), а так же те, кто, любуясь собой, растворяется в собственном образе, представляющем в определенном смысле вселенную. Счастливы обжоры и сладкоежки. Счастливы рыболовы и охотники, геймеры, туристы и альпинисты, вообще все экстремалы моря и суши, любители быстрой езды, которых никак не хотят понять представители дорожной полиции. Счастливы даже те, кто воюет и гибнет за свои идеалы. Счастливы все те, кто нашел замену действительно настоящим наркотикам (а сигареты относятся сюда же), крепким напиткам и шприцам. Одно только омрачает их триумф - страсть должна быть очень сильной. Сильной настолько, что мысли о рыбе, утках, четвертой "батле" или несущейся навстречу дороге должны постоянно преследовать своего адепта. Они должны сопровождать каждый его шаг. Каждый взгляд, слово или жест окружающих должны содержать скрытый намек на незримое присутствие сакрального смысла, внутренней свободы и счастья в растворении, которые открывается посвященному. Открывается через "увлечение" - определенный канал, посредством определенной волны, на которую надо настроиться. И понять такого адепта может только другой посвященный.


Кадр из фильма "Пес Барбос и необычный кросс" СССР (1961)

Поскольку, отделившись от природы, человек утратил внутреннюю гармонию, между эго и окружающей средой идет постоянная схватка. Если страсть или хобби (а в этом термине уже заложена слабость и обыденность) будет уступать под напором этой борьбы и терять священный баланс погружения в единство "Я" и "не-Я" - то придется все-таки прибегнуть к стимуляторам. Поэтому чаще всего и спортсмены и рыбаки мало чем отличаются от бедного обычного гражданина, которого жжет внутренний огонь напряжения и борьбы. Этот свирепый огнь требует жертвы и она приносится через определенные промежутки времени.

Существует определенный цикл, пройдя который обыватель должен подзаправиться. Оставим маргинальные слои общества. Среди нормальных работающих граждан тоже есть свои алкоголики и просто бытовые пьяницы (каковых большинство). Алкоголик должен чаще заливать в бак горючее, чем пьяница. Обычно считается, что человек, страдающий алкогольной зависимостью через две недели после последнего приема своей дозы, начинает испытывать беспокойство. В течение третьей недели беспокойство постепенно усиливается, перерастая в гремучую смесь страха, агрессии, отчаяния и даже потери нравственных ориентиров. А когда пошла уже четвертая неделя - то нет такой силы, которая помешает страдальцу пополнить запас горючего, кинуть в ненасытную топку хотя бы грамм 200-300. Этого требует вся психо-физическая система человека. Не важно алкоголик ли человек, бытовой пьяница или поклонник утренних пробежек.

Интересная деталь: даже просто мысль о скором "празднике" (и даже не очень скором, но неизбежном, и даже прошедшем, сопровождаемым уверенностью, что это повторится еще и еще) может приободрить человека так же, как сам праздник непосредственно... И в этом нормальный обыватель ничем не отличается от синего пропойцы. Фон мыслей о стимуляторах, своеобразные ощущения и предвкушения постоянно сопровождают и отдельного индивида и в целом весь социум.


http://tkkarelochka.ru/sites/default/files/file60242147_3c50b384.jpg

Кадр из фильма "Пес Барбос и необычный кросс" СССР (1961)

Только дети, не вылезшие еще из-под мягкого пушистого крыла природы, где "я" не четко отделено от окружающей среды, не испытывают потребности в стимуляторах. Становясь подростком, ребенок ощущает то же самое отделение от природной среды, такое внезапное сиротство, которое испытал древний человек. Если он не увлечен каким-нибудь "любимым делом", которое обязательно должно вызывать приступы само-забытья, он обязательно прибегнет к стимуляторам, вопреки напрасным запретам глупых родителей. Иначе собственное, рефлексирующее "Я" его просто сожрет. Впрочем, если "любимое дело" захватывает его не полностью, или выбранная профессия не совпадает с этим делом и мешает, то стимуляторы все-же придется использовать. Это произойдет с неотвратимостью катящегося вниз камня.

Вообще мало кто обращал внимание и задумывался о том, что без наркотика (более слабого или сильного) жизнь вообще не возможна в принципе. Конечно, употребляю здесь это слово (наркотик) не в частном, "правоохранительном", а в общем смысле. Ведь эта позиция настолько встроена в структуру нашего существования, что обычно не замечается. Пара бокалов вина в компании друзей вообще не считается дозой для поддержания какого-то там баланса. Хотя это именно так. И дело здесь вовсе не в друзьях, с которыми надо поддерживать разговор и не сути этого разговора. Есть еще крепкий чай и кофе, крепкий табак и т. д.

Все эти перекуры, разговоры и гости, застолья и праздники имеют только одну цель, суть которой строго табуирована, находится на такой глубине, что даже не может быть осознанной. Ведь никому не хочется признать, что его #способности, #работа, #настроение и сама жизнь привязана к чему-то, и зависит просто напросто от глотка конька или от доброй затяжки. Пусть даже изредка. Пусть даже очень редко. Без этого человек, кем бы он не был, главой крупной фирмы или бездомным бродягой, начнет крошиться, рассыпаться и таять как кусок льда на жгучем солнце. Стимуляторы, как краски и нектар, призваны подправить и подсластить гнусную реальность, сделав очертания своего эго более размытыми в эко-среде - пространстве существования.

Из нас мало кто может похвалиться "здоровым образом жизни" без всяких стимуляторов. Просто "жить" никто не в силах. Потому и будут терпеть крах все мероприятия по приобщению населения к действительно здоровому образу жизни. При настоящем положении вещей здоровый образ жизни - фикция. И не просто фикция. Будучи все-же осуществленным, здоровый образ жизни может привести только к тому, что отдельный индивид начнет превращаться в психопата и зомби, а все общество, его цветная ткань - затрещит по швам. Дисбаланс выльется в такие формы, о которых страшно подумать. Эго, эгоизм, оставшийся без стимулирующей "смазки" начнет разрушать все вокруг, в том числе себя.

Поэтому праздник продолжается, он должен продолжаться. Слава стимуляторам, употребляемым умеренно, ибо они, как греческие атланты, поддерживают в нас желание жить! Однако никогда не следует забывать о дозе...

ДОЗИРОВКА (Семен Альтов) https://youtu.be/onOg8CDQFe4

Дожить до завтра



Если произошло несчастье и нельзя ничего поправить, если это давит со страшной силой, давит так, что темнеет в глазах и тяжело дышать, если жизнь замирает на каждом вздохе - доживи хотя бы до рассвета следующего дня. Каждый восход солнца - это новая жизнь. Конечно, утром ничего не изменится, несчастье останется, но всегда есть ощущение, что что-то где-то поменялось. Какие-то детали исчезли и добавились новые. Какие-то воспоминания, глядящие в самую душу, вдруг повернулись в профиль. И сегодня уже  не совсем то, что вчера. Если ночь проведена без сна - то момент перехода можно заметить. Это сравнимо с ощущением, когда на природе, в лесу, в кромешной темноте ночи  вдруг намечается что-то иное и перемена ясно заметна: да вокруг та же тьма, те же звуки, та же потерянность во времени, но появляется откуда-то ясная убежденность, что скоро рассвет. Этот момент перехода меняет расстановку внутренних акцентов.  Что-то сдвигается в сознании, может быть еле заметно, но если "до-" наложить на "-после", сегодняшнее наложить на вчерашнее, эти шаблоны не совпадут. Дожить до завтра - значит перевернуть страницу, и что бы в ней не было, какие бы грязные каракули не оставила на ней бестолковая жизнь, все уже позади...

Вечность


http://www.m-sokolov.ru/2013/08/20/ursa-major/

В каждом возрасте своя вечность - в 17 лет, в 30 или 60. Эта цифра - привал, откуда путнику всегда виден только прошлый отрезок пути, в конце которого довольно отчетливо виден тупик. Такой уютный, теплый дворик с ощущением безграничных возможностей. В другую сторону - в будущее - ничего не просматривается. Там темно да такой степени, что как бы ничего и нет. С этим ощущением приходится и жить. Для семнадцатилетнего вечность - это отрезок пути в семнадцать лет, для тридцатилетнего - в тридцать, для того, кому шестьдесят - весь мир, по всем направлениям, измерен с помощью этой линейки с шестьюдесятью делениями. Это накладывает такой отпечаток, что никак нельзя понять по настоящему, что существуют отрезки в 100, 1000 или миллион лет. Что существует вообще бесконечность пространства и времени.

Хотя это вроде бы понимается на бытовом обывательском уровне, но существование таких категорий на этом уровне никак не может уместиться. Ноги скользят по пустоте, судорожно и беспомощно вскидываются руки, чтобы обнять это зияние перед тем как упасть. И не просто упасть, а падать и падать бесконечно, как во сне. Там, где кончается время и переходит в вечность, нельзя больше опираться на рассудок. Если перевести эти категории из научных абстракций в реальное поле и сделать их непосредственно доступными чувствам, как доступны этим чувствам кресло или окно в комнате, - то можно элементарно сойти с ума...

Зло как сюжет


http://lori.ru

"Всякое зло хотят пресечь в том самом месте, где оно себя обнаружило, и не думают о том, откуда оно, собственно, взялось, откуда распространяется". - из афоризмов Иоганна Вольфганга Гете

Sed ut ecosystema praeclare suo fungatur munere, necessarii sunt etiam fungi, algae, vermes, parva insecta, reptilia et magna microorganismorum varietas. (Но для хорошего функционирования экосистем также необходимы грибы, водоросли, черви, мелкие насекомые, рептилии и огромное разнообразие микроорганизмов.)

Мы живем в очень интересном мире... Настолько интересном, что шизофрения от переизбытка впечатлений стала едва ли не самым распространенным недугом, обгоняя по распространенности грипп и другие вирусные инфекции. Сенсорный голод переходит в сенсорный коллапс, который стимулируют и СМИ, и литература и кинопрокат. В старину можно было довольствоваться тем, что видишь собственными глазами или тем, что расскажут. Теперь же практически все, что происходит в мире, доступно восприятию.

Но представим себе такую сказочную реальность... Войны на Земле, как это не странно, заканчиваются. Преступность падает. Укрепляется семья, больше нет брошенных детей, детей сирот, отношения между людьми становятся гармоничными и простыми (в хорошем смысле). Власти, как аппарата подавления и регуляции общественного хаоса больше нет, а есть только какие-то старейшины или просто старшие по возрасту мудрецы или философы по Платону. Человеческие джунгли превратились в ухоженный парк. Ну такое царствие Божие на земле, о котором грезили еще социалисты утописты и прочие мечтатели, которым был невыносим тот гнусный мир, где за место под солнцем надо бороться, отталкивая других соискателей в тень. И, в принципе, мы все согласимся, что хотим добра для своих близких и самих себя. Это же так просто. Это не подлежит сомнению. А никто не задавал себе вопроса: а готовы ли мы действительно жить в совершенном мире - таком мире, который воплотил бы мечты каждого человека о подлинном счастье?

У братьев Стругацких есть повесть о том, что, в конце концов, кому-то удалось создать такой островок счастья и гармонии. Прекрасные дома, окруженные садами, не надо трудится в поте лица, можно целыми днями предаваться вольному искусству, радостному общению. Понятно, туда сразу ринулось множество уставших искателей покоя. Как то герои повести решили пойти проверить, как там живется им, счастливым. Они шли по пустым улицам, залитым ласковым солнцем, и странную тишину нарушал только свежий ветер, который шелестел в кронах садовых деревьев, раскачивая ветки, отягощенные сочными плодами. Наконец они увидели одного человека, сидящего на крыльце, который задумчиво почесывался и щурился на свет. На вопрос где все? тот ответил, что в поселке больше никого нет, все ушли. Но почему? - спросили его. Он пожал плечами. А ты чего же не ушел? "Да я вот на костылях. Но ничего, наберусь сил и уйду тоже". И авторы, размышляя об этом, делают вывод: а никому на самом деле не нужно ни счастье, ни гармония, хотя вроде бы человечество столько страдало именно ради этого. Как только появилась реальная возможность жить так, как мечтали миллионы безвестных страдальцев, обнаружилось, что на самом деле это никому не нужно. Делают вывод - все ушли назад, опять в свои зачумленные города, "к водке, к фашизму", опять к страданиям своим и чужим. Зачем? Этот вопрос в общем остается без ответа...

Вероятно человеку нужны страдания. И желание освободится от них - иллюзия, просто такая иллюзорная привычка постоянно ерзать и куда-то стремиться, ведь надо же оправдывать свое существование. Ведь мы живем для чего-то, не просто так небо коптим. Сказать, что все стремятся к "худшему" было бы кощунством. Нет, конечно же мы стремимся к "лучшему". И не замечаем, что ходим по кругу...

Жизни нужен сюжет. А в гармоничном существовании нет сюжета. Все то же, что и вчера и позавчера и ничего не случится ни завтра, ни через год. То самое, что в русских сказках называлось "жить поживать, да добра наживать", "жили они долго и счастливо и умерли в один день", или просто "вот и сказке конец, а кто слушал молодец". Дальше ничто - благодать, такая звенящая пустота, наполненная призрачным сиянием. Что характерно, такое спокойное благостное существование можно выразить в нескольких словах, одних и тех же, кстати, потому что для гармоничного бытия даже нет слов и здесь подходит любой штамп или мантрическая формула. Оно невыразимо и в любых зрительных образах. И поэтому весь смысл сказки строится на нарушении гармонии, обуславливающем и делающем возможным сюжет. Делающим сюжет необходимым, как сказал бы философ. В конце гармония всегда восстанавливается, сюжет завершается, жизнь обретает такую форму, которая вообще не просматривается и ее невозможно никак зафиксировать. Это нечто ритмическое и однообразное, как свист ветра в печной трубе.

Разумеется человек стремится облегчить свое существование, избавиться от страданий. И избавить от возможных бед и трудностей своих близких. Но давно уже замечено, что при виде чужих страданий нормальный человек испытывает двойственное чувство. С одной стороны он неизбежно сочувствует чужому горю, а с другой - испытывает странное такое, тонкое, приятное томление, которое трудно назвать удовольствием, каждый раз новое, как вкус тропического фрукта, отведанного первый раз. До садизма, конечно, это томление не дотягивает, но, в общем, стоит на его пороге.

Почему так происходит? Лозунг римской толпы "хлеба и зрелищ" всегда актуален. Человеку нужны развлечения. А что его может развлечь? Конечно сюжет, нарушение гармонии. И между тем, что происходит перед непосредственным взором и тем, что происходит в фильме, в книге - нет принципиальной разницы. От безобидного доброго детского мультика и мелодрамы - до чернухи и расчлененки - дистанция большая, но это этапы одного пути, пути в одну сторону. Ужас, творящийся в мире, подкармливает музу сценаристов и писателей. Заставляет "задуматься", проецирует "прозрения" и "откровения". Любопытное совпадение слова "карма" кроме "кармана" это еще и снабжение топливом воображения творческих личностей, которые проецируют свои садистские (а как еще назвать произведения, где обязательно присутствуют страдания) опусы на голодное до чужого горя сенсорное чрево обывателя. То, что кормит, "карма" и "кормА" для формирования сюжета. Там, где нет страданий и горя, нет и сюжета, а значит нет и жизни.



Миллионы черных актеров и клоунов развлекают толпу и самих себя. В этот спектакль, фильм, цирковое представление вовлечены мы все. И за это удовольствие приходится дорого платить зрителям. И зритель готов платить, втайне надеясь, что кто-то рядом заплатит больше, но наступает час когда зритель сам должен стать актером или  плата становится настолько высока, что приходится расплачиваться собственной жизнью. Ведь все в этом мире связано. И в такие моменты уже как-то не вспоминается о том, что это игра, где мы бываем то актерами, то зрителями.

Если даже предположить, что вдруг удалось наладить жизнь так, что всем стало "хорошо", то где-то в семейных мелочах, в каких-то мелких деталях налаженного быта и общественного блага будет тлеть зловещий огонь сюжета. Будут мелькать огоньки в тумане снов мирных обывателей, будет тихонько дымиться земля под ногами. Будет тихо поскрипывать дверь в кромешной тьме душной ночи. Легкий, едва уловимый запах гари будет сквозить в волнах утреннего тумана. И рано или поздно где-то полыхнет, чтобы всем опять стало очень интересно и весело...



У тех же братьев Стругацких в "Граде Обреченном" герой, в ответ на упрек в том, что он не предлагает решение проблемы, а только трезвонит о ней, говорит: писатель и не должен этого делать, его задача - обозначить проблему и все, у него просто "болит", он - совесть и все такое прочее, а с проблемой пусть разбираются другие. С этим трудно согласиться. Если проблема была и есть, то какая разница, знают об этом или нет. Это ничего не меняет.

Поэтому нужно попытаться решить ее. Конечно, решение в любом случае будет приблизительным, "вчерне", и все такие рецепты давно уже вызывают усмешку, если не скуку. Но, тем не менее, можно попытаться. Каждый из нас живет на краю собственной вселенной, постоянно зависая над ней, но ее не замечая. А дело в том, что все рецепторы человеческого существа направлены наружу, на внешний мир. И в каком-то смысле человек как бы вывернут наизнанку. Если обратить все его чувства внутрь, изменить их направленность, то должна измениться и структура деятельности. То есть не сама структура, а ее оценка. Недаром говориться, что вся вселенная скрыта в нас, надо только подобрать ключ.

Если человек, к примеру, понимает, что у него есть волшебный камень, открывающий путь в космическую бездну, которая живет в громадном внутреннем пространстве, где будущее, настоящее и прошлое меняются местами и поэтому вообще не имеют никакого значения, а значит нет никакой смерти, где сюжет и его отсутствие - это одно целое, - то ему, человеку и зрителю, вряд ли понадобятся примитивные грубые раздражители во внешней реальности. Он будет просто работать, выполнять все повседневные обязанности, поддерживать жизнь в теле и телах своих близких. И любить их, но не требовательно и истерично, с постоянным страхом, а спокойно и трезво, с пониманием, что рано или поздно все уйдут. Жизнь должна наполниться покоем и тишиной, к котором исчезнут все недостойные мысли, а за ними и все дурные поступки... Именно покой - главное качество настоящего существования.

Пусть каждый открывает свой внутренний мир и живет им, в нем. Этому миру не нужны беды для подпитки, ни чужие, ни свои, он и так бесконечно интересен. Он может впитать и растворить всю страсть человека, которая расходуется на мелочные дрязги, ссоры и примирения...

А искусство? Что ж, искусство в каком-то виде всегда сопровождало человека. Жилось ли человеку лучше или хуже, уходил ли он от "мира" или оставался в нем, - всегда находились формы выражения невыразимого, ведь именно в этом суть искусства. Искусство - тень любого существования - и гармоничного, и расколотого страданиями, как наше. Надо полагать, что из самого состоянии глобального покоя и тишины могут родиться формы, о которых мы сейчас и не подозреваем.
Когда-то такие понятия как "ум" и "начитанность" были синонимами. Если требовалось сказать о человеке, что он умный, можно было сказать - начитанный. И всем было ясно о чем идет речь. Теперь же это понятие "ум", "умный" приобрели столько разных оттенков, что не сразу можно и определить, какой из них предпочесть, чтобы как-то охарактеризовать конкретного человека. Отношение к жизни вообще как таковое, уходит в прошлое, остаются детали - как умеет человек зарабатывать деньги, как строит отношения в семье, как общается с товарищами по работе, какой пост занимает, какие у него интересы и хобби, каково количество "усвоенной" им или ей информации. В желудке гамбургеры, в голове файлы. Из этих критериев, оттенков не складывается целостная картина, характер, место человека, его "я" в общественном и экологическом пространстве. Возможно его и нет, этого характера, не говоря уже об "уме", а есть только набор механических функций на уровне инстинктов. Поэтому можно сказать, что все эти оттенки ничего не скажут о том, можно ли назвать человека умным. Они - мираж, за которым пустота. Мы живем в эпоху узких специалистов, статистов, любителей ковыряться в деталях, складывать их так и эдак, поворачивать с боку на бок, ворошить и потрошить, придумывать им названия. Выход (вывод) из хаоса знаний - вечный камень преткновения. За ворохом анализа уже никак не просматривается способность к синтезу. Кстати, благодаря безудержной вестернизации и коммерциализации нашего общества понятие "ум", как оболочка, все больше содержит такие суррогаты, как изворотливость и хитрость. И еще "остроумие", которое, несмотря на смысловое родство и общую корневую основу с "умом" - совершенно разные понятия. Остроумный человек может оказаться круглым дураком, а гений, мыслитель может быть начисто лишен остроумия.

Вернемся к начитанности, как показателю того, можно ли назвать человека умным или нет. Что такое книга вообще, как объект познания? Может ли считаться количество прочитанных книг показателем компетентности в каком-то вопросе или вопросах? Всегда ли пресловутый переход количества в качество знаменует собой работу над книжным материалом? Сразу надо оговориться: речь не о специальном материале, например по юриспруденции или радиохимии. Это, в сущности, просто расширенный образовательный курс, переходящий впоследствии в рабочее состояние индивида, позволяющее ему держаться на плаву в обществе - в окружающей среде, довольно агрессивной и эгоистичной, где надо постоянно доказывать всем, что ты чего-то стоишь и уважать самого себя, поддерживать семью, государство, общину, формальное сообщество или научную гипотезу. Сумма конкретных профессиональных знаний, ролевая подпорка индивида - еще не мировоззрение. Нет, речь идет о самостоятельном мировоззрении, которым обладает или не обладает человек, читая книги по истории, религии, философии и талантливую беллетристику, сочетающую в себе все эти жанры, к которой, без сомнения, относится и русская классика. Кстати, наличие в фикшене разговоров разных интеллигентов - умников и самородков из народа абсолютно необходимо, чтобы повествование не сваливалось в бездну бессознательного, тем самым обесценивая смысл. Как в религии - ритуал призван зафиксировать и закодировать мистический опыт, дабы тот мог чему-то учить, а не быть просто нагромождением сильных, но бессвязных и размытых ощущений.

Круг чтения формирует мировоззрение - эта банальная истина известна испокон веков. Формирует то прямо, через размышление о прочитанном, где многое зависит от таланта автора и его способности что-то внушить, то косвенно - взаимодействуя со зрительными, слуховыми и т. д впечатлениями реальной жизни. Преобладающее чтиво создает ауру, в которой человек существует, создает такую воронку, в которой исчезают тонкие цветные нити реальности. Взаимодействие между хорошим чтивом и реальностью и рождает мировоззрение. Можно сказать, что мировоззрением обладает только читающий человек. Это видно по одному простому признаку - человек, обладающий мировоззрением, мало подвержен общественным истериям, этим бурным потокам общественного сознания, тесно связанным с коллективным бессознательным и инстинктами. Почему же все-таки реальное мировоззрение - это достояние только читающего человека?

В процессе чтения работает воображение - острый резец талантливого зодчего, формирующий мир. Воображение - прибор, настраивающий реальность и внутреннюю и внешнюю, прибор регулирующий ее "резкость" и "контрастность", гамму цветов и все то, что делает ее внятной, ясной, своей и одновременно общей. Все, что не относится к непосредственному восприятию через органы чувств - зрением, слухом, осязанием и обонянием - все это воображение. Грезы о прошлом и будущем, которые сами по себе - тоже условные понятия, - это воображение. И только узкая мерцающая щель в этом воображении - настоящее, - уменьшающееся, съеживающееся по мере того, как в него вглядываешься, узкое пространство, еще и еще стремящееся сузиться к абсолютному нулю. Оно, настоящее, и есть этот абсолютный ноль - пульсирующая, вечно ускользающая реальность, о существовании которой можно одновременно и утверждать и отрицать ее. Можно без преувеличения сказать, что весь мир это воображение.

Книга стимулирует воображение. Группы образов рассыпаются, кружатся, сталкиваются и складываются в картины. Особенность этих мысленных картин такова, что их невозможно перенести в "реальное" изображение, картинку, какой бы объемной она не была. Ни четкость, ни размытость, ни многозначительный хаос визуальных изображений, доступных обычному будничному зрению, - тот хаос, который безуспешно пытается отобразить современный художник, - никогда не отразит опыт воображения, работающего во время чтения. Именно этот опыт, подкрепленный суммой конкретных знаний (кодировка - ритуал), формирует мировоззрение.

Воображение - основная функция человеческого существа. И если ее не стимулировать - человек становится механическим существом, паразитирующим на мировоззрении своих предков, родителей, бабушек и дедушек. Но постепенно все прекращается, свет сознания гаснет. Занавес. Современное засилье визуальности и "спецэффектов" - инфантильный мир цветных картинок, объемных и плоских (а с позиции внутреннего зрения они все плоские) - застит взор, как плотный туман. Этот унылый мир охватывает темнеющие горизонты современного человека. Его сознание уже с трудом воспринимает внутреннюю реальность без визуальных подсказок и беспомощно проваливается туда, как в страшный омут, в минуты сильных впечатлений, когда жизнь дает затрещину. Многие уже с трудом, как дети, воспринимают текст без картинок.

Здесь можно возразить, что ведь были и бесписьменные цивилизации, которые неплохо обжили таинственное пространство окружающего мира и развивались в нем. Люди старшего поколения еще помнят прабабушек, не умевших читать и писать, но знавших множество шуток-прибауток, сказок и притчей. На это можно сказать, что к сожалению, современным человеком утеряно сакральное восприятие звука речи, так же как и утрачено благоговение перед звуками и вибрациями живой природы, даже (и особенно) в минуты ее молчания. Об этом говорит практическая невозможность воспользоваться для духовного роста священными звуковыми формулами, доставшимися нам от забытых предков из темной дали тысячелетий. Поэтому сегодня любую умную книгу или завершенный текст можно отнести к сакральному знанию. И поэтому сегодня способность воспринимать текст равна вообще способности мыслить, адекватно воспринимать окружающий мир, не пугаться подсознательного хаоса и не стремиться к нему.

Как известно, самая совершенная фигура это круг. Жизнь - замкнутая правильная дуга, которая есть идеальный круг. Именно в круге обретает завершенность главный принцип человеческого существования - бесконечное повторение одного и того же, где кажущаяся абсурдность и бессмысленность жизни становится понятной и необходимой, потому что сводится воедино: "полнота" и "пустота". Это и осуществляет воображение в том "книжном" пространстве, где "верх" может быть внизу, черное может одновременно быть белым и наоборот, где фигуры могут приближаться и одновременно удаляться, где действие в настоящем может озаряться языками пламени будущего, говорящий может молчать, а молчащий кричать от боли или радости. "Книжное" пространство восприятия многомерно в отличие от трехмерного будничного восприятия, ограниченного зрением, слухом, осязанием и обонянием - инструментами непосредственного контакта.

Книга хорошего умного автора (как самостоятельное живое существо, уже "осуществившееся" и завершенное) уже сама по себе представляет такой же круг. Не важно соглашаемся ли мы с оценками и идеями автора или нет, она дает нам готовое пространство, в котором мы растем и развиваемся. Этот рост и интуитивное развитие представляет собой величайшую загадку для мышления, привыкшему к конкретике.

Издревле каждый начертанный знак имел сакральное значение, звал, угрожал, предостерегал, оказывал помощь. Простые изначально рисунки, которые сознанию первых людей представляли целостную реальность во всей ее полноте и завершенности, становились все более условными, пока не превратились в знаки и символы, начертанные на камне, кости, дереве, которые по прежнему несли колоссальную смысловую, "объемную" нагрузку.



Таинственные петроглифы горного Алтая
http://www.fotosoyuz.ru



Клинопись шумеров
http://www.kartograpf.ru



Египетские иероглифы
http://ru.depositphotos.com



Финикийское письмо
http://io.ua



Древнегреческий алфавит
http://900igr.net



Славянская глаголица
http://big-fire-home.com



Киевские глаголические листки
http://www.liveinternet.ru



Кириллица
http://monitorfact.com



Неизвестное письмо Льва Толстого
http://www.mk.ru



Первая страница рукописи А. П. Чехова "Хористка"
http://www.gumfak.ru

Постепенно этот принцип адекватной передачи внутреннего переживания с помощью знака во внешний, дневной мир был перенесен на глиняные таблички, свитки папируса, бересту, выделанную кожу. Так появилась книга, которую современный механический индивид именует "объем информации", "источник информации", и которая на самом деле представляет собой набор все тех же, пусть видоизмененных, где-то нивелированных, но по прежнему сакральных символов. Они не действуют порознь, в каких-то произвольно выбранных комбинациях, а работают только в комплексе, в определенном объеме, заданном автором(-ами), (выступающим(-и) без преувеличения в роли Творца!), как целостный организм, целостная реальность.


http://photo-days.ru
Человеку тесно в рамках одной жизни. Актерство - это состояние, когда ощущение этой тесноты и ограниченности становится непереносимым. И тогда человек старается связать свою судьбу с театром и кино. Актёрство - выход из кокона одной жизни, преодоление границ существования, метод самопознания и взгляд на самого себя с птичьего полета... Это почти религия или даже больше, чем религия...

Искренне сыгранная роль ничем не отличается от прожитой жизни. Однократное рождение и смерть - неумолимый тупик. Он парализует  волю и делает беспомощным  разум. Но когда  человек становится актером, он преодолевает ограниченность единичного существования - вместо тупика становится виден далекий, постоянно удаляющийся горизонт... И тогда возможно всё...

(без названия)
"Гамлет" (1964)

ИННОКЕНТИЙ СМОКТУНОВСКИЙ - НЕУЛОВИМАЯ СТРАННОСТЬ, ПЕРЕХОДЯЩАЯ В ГЕНИАЛЬНОСТЬ, И ГЕНИАЛЬНОСТЬ, НАХОДЯЩАЯ В СТРАННОСТИ ОПОРУ И ПОДДЕРЖКУ...

Если увидишь его на улице - не заметишь, пройдешь мимо. Его внешность настолько не примечательна, что невозможно определить ни одной характерной черты. Он невидим и растворен в окружающем мире, в пространстве жизни, в людских типах и персонажах, как воздух. Его просто нет. И в то же время его присутствие ощущается везде. Когда он говорит на экране - тайна его искусства становится более явной. Это ВСЁ собирается, концентрируется в одной точке, пространство сворачивается и становится одним ярким пятном лунного света.


"Рядом с нами" (1957)

Что такое гениальность? Как ее можно проследить, как вообще можно утверждать о ее наличии? Она есть и все. Некоторые актеры всю жизнь играют себя самого, некоторые перевоплощаются до такой степени, что теряют на время (в отдельных случаях - навсегда) связь с самими собой...



"Берегись автомобиля" (1966)



До будущей весны (1960)

Но гениальность - это ведь уже не только и столько актерское мастерство, это качество иного порядка, связанное с гармонией всего существа человека - его мимики, жестов, манеры держаться, тембра голоса, любимых выражений, привычек, это - общение и отношение к одиночеству - гармонией, которую способно передать кино. Это качество выходит далеко за пределы будничного существования. Оно не связано даже с какими-то конкретными идеями. Оно неуловимо. Оно, без преувеличения, творит и преображает мир.

НАТАЛИЯ БЕЛОХВОСТИКОВА - АКТРИСА, ВВОДЯЩАЯ В ТРАНС



"Легенда о Тиле" 1976

Это качество усиливает ее аристократизм, легкая отстраненность от окружающих, балансирующая на грани презрения, удивительный голос и манера говорить, как бы прорываясь сквозь сон и бред, сквозь туман в реальность. В ней нет суеты. Она создает такой тягучий, медленный водоворот, где реальность и нереальность часто меняются местами.



"Легенда о Тиле"

Особенно это заметно в фильме "Легенда о Тиле". В общем, этот фильм А. Алого и В. Наумова, созданный по мотивам романа Шарля де Костера, посвящен герою борьбы против испанского владычества, фламандцу Тилю Уленшпигелю, и, несмотря на частые замедления (раз и все поплыло под музыку), он выполняет эту задачу. Но только в кадре появляется Неле (Наталия Белохвостикова) и начинает говорить, как все начинает кружиться вокруг ее волшебного образа. Голос ее с такой мягкой отстраненной хрипоцой в глубине на каких-то беззвучных поворотах перед паузой, голос, постоянно гаснущий как свеча на сквозняке и уходящий в шепот... Этот голос завораживает, как звук шаманского бубна, слышимый вдали. И герои, которые должны бы быть главными, как бы начинают медленный хоровод вокруг нее, как деревянные и тряпичные куклы из народного балагана. И вся страшная нелепость окружающего мира превращается в пустой, долгий звук, гулкое эхо...



"Легенда о Тиле"

Это качество актрисы заметно и в других ее ролях, но именно в "Тиле..." проявилось в полную силу.



"Легенда о Тиле"



"Тегеран 43" 1980




"У озера" 1969



"Маленькие трагедии" 1979



"Стакан воды" 1979

ЛЮДМИЛА САВЕЛЬЕВА - ВОЛШЕБНЫЙ КАМЕНЬ, СТАВШИЙ ЧЕЛОВЕКОМ

Холодный равнодушный взгляд, всегда один и тот же. Меняется мимика, но взгляд всегда устремлен куда-то сквозь зрителя или партнера по фильму. Сильные эмоции могут исказить черты лица, смочить его обильными актерскими слезами, как водой из под душа, но не выражение в глубине взгляда. Если каменное изваяние оживет - взгляд его будет именно таким. Мы вообще не привыкли особенно вглядываться в эту глубину, сквозь дымку наружности, если видим красивую женщину. Вот она улыбается, говорит ласковые слова и слава Богу, вот она говорит мудрые вещи - это тоже хорошо. А между тем там можно найти очень много интересного - что может перевернуть все представления о ней, как о женщине и актрисе.


http://kinoistoria.ru


Кадр из фильма "Война и мир"

Она наверно так и осталась в гораздо большей степени  балериной, чем актрисой. Ведь в балете важен язык тела, магия дали, а не близи, близи, где сразу обнаружатся  склеенные улыбки и неискренний след в переживаниях, сдавленные застывшей сценической маской. В "Войне и мире" она носится на балу так картинно, как будто это не танцы, а балетная сцена. Именно вид камеры, направленой на нее, преследующей ее, аки тать ночная, завораживает ее, гасит в ней настоящую внутреннюю жизнь...  И никакой талант режиссера, никакая волшебная сила и меч кладенец, никакая истерика, хохот и слезы не могут этого преодолеть.


"Подсолнухи" 1970


http://fotosbornic.ru

Несколько лет назад я с удивлением услышал, что в президентский полк (ранее кремлевский) не берут ребят из неполных семей. Тогда меня это поразило. Ну в самом деле, какая разница, есть ли у человека оба родителя или только один? То бишь речь идет, конечно, в основном о семье мать-сын. Категория отец-сын встречается редко. Ну если он нормальный парень, не глуп и дисциплинирован, то почему нет? К чему такая дискриминация? Ан, нет, господа. Не все так просто.

Женское воспитание, каким бы правильным не было, какой бы умной и развитой не была мать, всегда ущербно для парня. Я сам не видел за всю свою жизнь ни одного нормального человека, которого воспитала одинокая мать. На вскидку: один берет в жены бывшую воспитанницу детского дома, которой некуда деваться если что, издевается над ней, иногда награждает фингалами, при друзьях называет ее "курицей", демонстрирует полное неуважение и презрение; другой вообще не способен создать семью, всю жизнь, до седых волос, боится женщин как огня; третий поздно женится на женщине с чужим ребенком, которая годами "обещает" родить ему своего, но так и не рожает, и он это терпит, при нормальном здоровье и достатке оставаясь бездетным; четвертый после нескольких непродолжительных опытов женится тоже уже за тридцать, кое-как живет лет пять-шесть, но в конце концов разводится, не находя общего языка с женой; пятый, неисправимый алкоголик, всю жизнь пьет водку как лекарство от страха перед жизнью; шестой, когда злится или просто нервничает начинает кричать странным петушиным фальцетом, как будто дежурный инквизитор откусил ему палец. А подлая жизнь постоянно подбрасывает ситуации, когда такой маменькин сынок просто не знает как поступить. Я не беру здесь еще лиц с явными расстройствами психики, детство которых было омрачено отсутствием мужского воспитания и поддержки. Это уже мрачная медицинская тема. Кинематограф пестрит картинами убогого воспитания, которое дает женщина единственному сыну. Причем сами женщины, как правило этого не понимают, и, чем выше образовательный статус женщины, чем более выражены ее общественные и деловые амбиции, - тем глубже и безнадежнее это непонимание. Запомнилась программа у Михаила Швыдкого, посвященная такому однобокому воспитанию, где Ирина Хакамада (блестящий эксперт и специалист(ка?) по всем вопросам), которой, видимо, надоели пустяковые доводы оппонентов, грациозно махнув рукой, изрекла что-то типа: да ладно вам, я видела сына одной своей одинокой подруги, служащего в армии в данный момент: "он такой хороший". Какой интересно смысл она вложила в это восклицание? Упитанный, хорошо ел, не грубил матери? Хорошо учился? Со всем соглашался? Тихо урчит от бессловесного восторга, радуя счастливую мать?

Женщина - (безотносительно общественного и имущественного положения) существо постоянно рефлексирующее, находящееся в постоянном волнении и беспокойстве. И это беспокойство тем сильнее (и безумнее!) чем более одинока женщина. Это беспокойство постоянно проецируется на мужскую эмоциональную матрицу воспитываемого ребенка. То, что для женщины волнение и забота - для того, о ком она заботится (ее ребенка), - просто паника, вызывающая деструктивные поражения психики. Знал я одного парня, выросшего под мудрым руководством матери, который остался заикой на всю жизнь после одной истории. Маленький играл он с дворовыми собаками, а наигравшись, счастливый, пошел к матери и на беду рассказал о своем счастье. Реакция матери была такова: "ты что?! они же могли тебя загрызть!" Чтобы навсегда травмировать ребенка она могла бы этого и не говорить, ребенок отзывчив. Он всегда четко и безошибочно определяет и воспринимает внутреннее состояние родителей, а не только слова, жесты или мимику.

Кстати и воспитание дочери для матери-одиночки тоже является непосильным грузом. Эта глупая игра в дочки-матери будут продолжаться всю жизнь. Такая мать никогда не даст своей дочке нормально выйти замуж, будет критиковать тех кандидатов, которые дочери нравятся и хвалить тех, которых та отвергает. Выйдя замуж такая девушка никогда не услышит ничего конструктивного, действительно полезного, а если услышит - то за этими советами всегда будет стоять скрытое желание развести. Развести и воспитывать вместе ребенка, что будет согласовываться с темой развития такой семьи, изначальной темой - мы размножаемся почкованием. Пусть "он" уходит, нам никто не нужен.

Ребенок просто не может быть нормальным и адекватным если его воспитывала одна мать. Он всю жизнь чувствует собственную ущербность, даже если не думает об этом. Все его поступки окрашены одним единственным стремлением преодолеть глубоко сидящие комплексы и женские матричные стереотипы, впитанные с раннего детства. Они всю жизнь преследуют его. Такие мужчины обычно осторожны, если не сказать трусоваты (или впадают в другую крайность - храбрость вообще не умещающаяся в рамки закона), они чувствуют себя не субъектом жизни, а объектом, не хозяином ее, а слугой, в лучшем случае урвавшим у законных властителей лакомый кусок пирога. Они всю жизнь тащат за собой проклятие неполной семьи. Это глубоко несчастные люди, иногда проецирующие свои несчастья, свою затаенную тоску на других, мстящие настоящим нормальным женщинам, иногда пытающиеся излечиться от глубокой неуверенности в себе за счет подавления других, если такому индивиду удается стать начальником. Это люди, вносящие атмосферу страха, агрессии и хаос в нашу жизнь, потому что хаос находится в душе у них самих, женский, первозданный, первобытный хаос. Просто женщины, в силу своих физиологических и психических особенностей справляются с ним, и даже часто используют его себе во благо, именно первобытная основа этого хаоса порождает женскую интуицию на грани экстрасенсорики. Впрочем в отношении собственного ребенка мать всегда абсолютно слепа.

Таким образом, мужчина, воспитанный женщиной, бессилен перед этим внутренним хаосом. У него нет необходимого иммунитета, который всегда дает полная, полноценная семья и в этой семье есть отец. Он не получил с детства отцовской энергетики, достаточный объем этого топлива, которое необходимо для нормального путешествия по жизни.

Ребенку, и мальчику и девочке, нужны папа и мама, а не туманные разговоры о хорошем или не хорошем сексе, равенстве полов и способности разобраться в своих проблемах. Важная деталь: дети, воспитанные в неполной семье (одна мать или один отец) чаще совершают крупные ошибки в жизни, чаще делают и говорят глупости. Им трудно принимать ответственные решения. И самое главное - трудно строить хорошие, простые доверительные отношения с противоположным полом. У них отсутствует то качество, которому нельзя научится даже на многочисленных шишках и пинках, которыми их награждает жизнь. У них отсутствует и н т у и ц и я. Эту интуицию, как волшебный дар, дает человеку только полноценная семья.

Мать же имеет над своим ребенком, без всякого преувеличения, страшную власть, осуществляемую через подсознание, точнее через формирование подсознательных кривых паттернов. И эта власть тем страшнее, чем более одинока женщина, чем больше она предоставлена самой себе. Власть над всеми его или ее чувствами, желаниями, мыслями. Власть эта не порождает внутренний мир ребенка, но его трансформирует, превращает в арену борьбы с собственной тенью, которая одновременно является и тенью матери. Центр этой власти, ее штаб находится в центре формирующейся личности. Если ребенок регулярно видит отца, и не только видит, но и беседует с ним, у них есть какие-то общие дела, интересы, то в таком центре создается как бы полярность отец-мать. Это полярность только и может создать нормальные условия для воспитания адекватного индивида.

Проблема заключается в том, как возродить семью. Что это такое вообще, полноценная семья? А это патриархат. То есть семья может существовать только при условии безусловного главенства мужского начала, когда женщина находится в подчинении. Если этого нет, если супруги существуют "на равных" семья обречена на развал. Женское начало - это море неуправляемых бессознательных импульсов. Если давать им волю, они закружат и задушат все вокруг. И супруга, и детей, и, в конце концов, себя саму. Истинный смысл слова "свобода" неведом женщине, слишком близка она к природе, а в частных проявлениях природы никакой свободы нет.

Женщина же, просто в силу своей глубоко запрятанной материнской бунтующей сущности вообще не может быть одна, ей необходим якорь, чтобы ее не унесло. И этот якорь, вопреки современной пропаганде может быть только один, а жизнь это не странствие от одного берега к другому. Не случайно в старину заневестившуюся девчонку спешили выдать замуж, чтобы у нее не успела закрепиться привычка вечно выбирать партнера и трахаться не ради рождения детей, а ради интереса и удовольствия. Современная женщина вообще теряет ощущение того, что в жизни ее главное - это материнство. Один ребенок, два ребенка - это кость брошенная ненасытной природе. Детей должно быть много, так предустановлено природой. И природа мстит ослушавшимся: женские болезни и истеричные состояния еще не самое жестокое наказание.

Женская сексуальность же - это самообман и обман природы, эксплуатация тяги к материнству, работа "вхолостую" чудесного механизма, опробованного тысячелетиями, до недавнего времени не дававшего сбоев и обеспечивающего прирост населения, необходимый для выживания рода человеческого.

Мешает созданию дружной полноценной семьи и туманный образ "настоящего мужчины", эдакий монстр, обитающий в женском сознании, (подпитываемый современными СМИ и кинопрокатом) полностью лишенный возможности адекватного воплощения в социальном пространстве. Ну не может всю жизнь муж относиться к жене как к невесте! Семья это не арена для выяснения отношений, которые по большому счету не могут быть полностью прояснены в принципе.

Нереализованное материнство вызывает у женщины чувство неудовлетворенности и из первобытных глубин рвется наружу истерика. Думая что хочет выяснить отношения, она на самом деле только поддается этой истерике и делает все, чтобы жизнь в семье стала невыносимой. То, что для женщины - выяснение отношений, для мужчины серия безосновательных нелогичных обвинений и нападок. Нападок, из порочного круга которых нет выхода: будешь соглашаться и оправдываться - заслужишь презрение и спровоцируешь охотничий инстинкт по отношению к дичи: так его, так, бей, души гада (ты жизнь мою сгубил, вонючий скунс!), а будешь спорить, доказывать свою правоту - вызовешь истерику еще большую.

Семья - не постоянный экзамен на профпригодность для мужчины, способность "угадать" каприз вечной невесты, которая мучится вопросом: а не прогадала ли она, выйдя замуж за этого лопуха, а не за того олуха; не постоянный экзамен для женщины которая должна понимать любые глупости супруга и снисходительно относиться к ним, экзамен на хозяйственность или ласку. Это тыл, где должно быть спокойно и комфортно всем. Мужское главенство не предполагает, конечно, жестокого подавления. Мужское главенство и не может быть абсолютным, это просто невозможно, а предполагает разделение функций супругов. Это основание, фундамент для складывания нормальных спокойных отношений, которые именно складываются, а не строятся.

Как мужчина может быть снисходительным к женским слабостям, если женщина все время пытается гнуть его в дугу и "руководить"? Как женщина может чувствовать себя защищенной, если она своими руками пытается превратить мужа в тряпку, об которую сама же старательно вытирает ноги? Биологические и психологические различия между мужчинами и женщинами не позволяют им выполнять точно одни и те же функции. Моя жена как-то сказала с таинственным блеском в глазах: женщина это не человек, это - существо.

Как-то гулял я с одной своей знакомой по городу, проходили мы тогда мимо рекламы нижнего женского белья. Она сказала, скользнув рассеянным взглядом по полуобнаженной натуре: ну вот какие могут долговременные отношения, когда везде вот такая реклама? Увы, семья может быть и была всегда только традиционная и в традиционном обществе. Современное российское общество, - эта поляна на которой лежит тень западных ценностей, становящихся все более странными, - постепенно теряет вообще импульс к поддержке крепкой семьи. Даже у нас, в России, все сводится к достатку, пособиям и социальной поддержке. А ведь семья это не только зарплата и стремление кому-то что-то показывать и доказывать. Когда-то, в советском прошлом, говорили, что семья это ячейка общества. Нет, семья это камень, из которых и состоит общество. Если выдернуть один камень из строения - ничего страшного не произойдет. Если несколько - пойдут трещины. Потом стены начнут деформироваться и терять устойчивость, обрушится кровля. И, в конце концов, все здание превратится в груду ненужного строительного хлама. Семья это грибница, из которой растет любое общество, любое адекватное сообщество человеческих индивидов. Если грибница повреждена, будет нарушается рост и развитие общества. Семья - это философский стержень человеческого существования, без которого ничего не будет. Не будет и одиноких гениев, прославивших свои эпохи и народы. Кстати наше время как раз показывает оскудение духовного, творческого и нравственного потенциала. Процесс этот начался сравнительно недавно, где-то в 80-х годах 20 века и постепенно становится все более заметен. На политическую арену уже выходят карлики и пигмеи от политики, не способные разобраться в политической ситуации, не способные на адекватные решения. Искусство - эпигонство, паразитирование на идеях прошлых эпох или заклинания и призывы к бессознательному хаосу, который, будучи вытащен на свет теряет свою значимость, многозначность и превращается просто в бред. Наука - бесконечное конструирование и разложение реальности на не связанные между собой детали, умножение неразрешимых вопросов, игры инфантильных умников. Что дальше?

Человеческое общество - часть природы. А природа все-таки обладает некоторым запасом прочности. И, видимо, на сцену выйдут другие цивилизации, более молодые или вечно молодые и древние, сохранившие нормальное отношение к семье и в семье. Мусульмане, индуисты, буддисты и т. д. Если нет - найдутся другие варианты, о которых мы сейчас и не подозреваем.

Самое древнее из всех обществ, и единственное естественное это семья. - Жан Жак Руссо